FOLK.PERM.RU
Меню сайта
Статистика

Главная » Статьи » История

МЕЛЬНИЦА
МЕЛЬНИЦА - первый и пока единственный фолк-рок коллектив новой генерации, кому удалось добиться весьма ощутимой и стабильной популярности, перерасти клубные площадки и начать собирать большие залы. Музыканты говорят, что стена, о которую они 6 лет бились головой, не была такой уж толстой. И на самом деле они правы. Давайте посмотрим, почему.

Пожалуй, стоит начать с того, что российская фолк-сцена медленно, но верно развивается вширь. О том, что фолк может иметь коммерческий успех, уже начинают потихоньку заикаться, и довольно-таки многое делается для популяризации направления. Тем более что оно весьма неоднородно и представлено широким спектром групп и исполнителей, большинство которых относятся к двум течениям - "славянскому" и "кельтскому" (целый ряд коллективов, использующих более локальные музыкальные традиции или смотрящих в сторону Востока - Индии, Китая, Японии - мы сейчас описывать не будем, хотя они, безусловно, тоже влияют на общую картину). Ежегодно проводимые фестивали, новые и со стажем, в клубах и под открытым небом, приуроченные к Самайну, Белтейну, дню Святого Патрика и ни к чему конкретно (среди них "Майское дерево", "Пустые холмы", "Этнолайф", "Этнотроника"); аншлаги и в маленьких клубах, и в залах уровня ЦДХ, теле- и радиоэфиры (в частности, в передачах "Антропология" и "ПроСвет" Дмитрия Диброва) - все это говорит о том, что у групп, играющих фолк-музыку, есть свой постоянный слушатель, пусть даже и не массовый.

МЕЛЬНИЦУ обычно относят к командам, которые играют кельтскую музыку, хотя последние два альбома убедительно показывают, что это всего лишь одна из красок в их палитре. То, какие ярлыки навешивают на их музыку для удобства классификации, вопрос терминологии и, если угодно, репутации. Просто дело в том, что четко разделять музыкальные формы и внешнюю эстетику в случае с тем, что у нас называют уже устоявшимся общим термином "кельтская музыка", как-то не очень принято. Так уж сложилось.

Если копаться в истоках явления, то получится, что среди первых отечественных команд, исполнявших британский фолк в том виде, в каком мы привыкли его слушать и понимать, следует назвать АКВАРИУМ. На фестивале в Тбилиси в 1980 году БГ спел "Death Of King Arthur" на стихи Томаса Мэлори - позже эта вещь была записана в студии и включена в альбом "Radio Silence" 1989 года. Простой дуэт флейты и акустической гитары - многие до сих пор обходятся таким форматом для выступлений. А с приходом в состав АКВАРИУМА аккордеониста Сергея Щуракова Гребенщиковым была обыграна еще одна из версий самого себя, на этот раз на фундаменте SILLY WIZARD, а не привычного Боба Дилана. И это тоже было взято последователями и слушателями за образец. И не зря. БГ как никто другой умел указывать направления для других, его рекомендаций было достаточно для того, чтоб искать и находить записи коллективов, которых здесь до этого никто не знал и знать не хотел. Потому что было известно: этот человек умеет выбирать лучшее. Отчасти с его подачи в народ пошли записи Алана Стивелла, фактически заново воссоздавшего бретонский фолк, и CLANNAD, группы, которая еще в 70-х поставила фолк-звучание (первые три альбома - традиционные ирландские мелодии, потом начались синтезаторные обработки и уклон в new age) на коммерческие рельсы.

Но все-таки следует помнить, что широкой популярностью у нас (и не только) пользовались не аутентичные источники - тем более что они были интересны исключительно профессионалам, и про их наличие и доступность можно писать отдельную статью - а произведения талантливых обработчиков. Среди них были и исполнители народных ирландских песен THE DUBLINERS, и панк-рокеры THE POGUES. Последние, судя по тому, как их слово до сих пор отзывается, оказались наиболее близки по подаче и общей разухабистости к нашему пониманию того, чем праздник отличается от обычного выходного дня. Ну и, естественно, еще были JETHRO TULL, чьи влияние и популярность неоспоримы, хотя по большому счету они никогда не исполняли фолк-рок, а уж тем паче настоящий фолк. Однако же наличием флейтиста в составах многих русских рок-групп мы обязаны исключительно творчеству Йана Андерсона.

Славянское же направление в фолк-роке было во многом определено КАЛИНОВЫМ МОСТОМ, что, конечно, тоже весьма условно, потому что в текстах Дмитрия Ревякина больше прослеживалось влияние Велимира Хлебникова, а в музыке - британского хард-рока и американского ритм-энд-блюза начала 70-х, нежели близость к корням. Но общий антураж позволял воспринимать группу именно с такой точки зрения. При этом прямых последователей у МОСТА не оказалось (кроме разве что недолго просуществовавшего проекта Натальи Марковой ДВУРЕЧЬЕ), а национальная самоидентификация посредством рок-музыки и сейчас еще только ждет своего часа. Попытки использования подлинного, аутентичного музыкального материала - полевых записей, архивных изысканий - предпринимались нечасто и широким кругом слушателей так и не были востребованы. Старания Инны Желанной и особенно мультиинструменталиста Сергея Старостина соединить старинный, раритетный народный фольклор с джазом и мировой этнической традицией интересны в основном лишь тем, кто этой музыкой и этими артистами специально интересуется. То же можно сказать о группе АБВИОТУРА, сочетающей сэмплы "бабушек" с хардкором. При этом нельзя не отметить возникшую недавно популярность Пелагеи - но фундамент ее репертуара составляют все-таки не реконструкции древних обрядовых песен, а городские романсы или русские фолковые стандарты XIX и XX веков.

Можно долго размышлять о том, почему русский человек привык пренебрежительно относиться к наследию пращуров, и даже извлечь эту особенность национального менталитета из времен Владимира Красное Солнышко, когда впервые на законодательном и широковещательном уровне собственная культура была объявлена неважной и ненужной, а заемная - правильной и главной, но речь сейчас не об этом. Тем более что интерес к язычеству, пусть и выраженный в чтении детских сказок о леших и кикиморах, до конца истребить ни одному реформатору так и не удалось. И вот тут-то, в литературе, кроется один из главнейших источников нынешнего отечественного фолк-бума. Хотя начиналось все опять-таки с литературы привозной.

Кроме рокеров и хиппи, у фолк-рока была еще одна потенциальная аудитория, которая начала формироваться еще в 80-х. Это толкиенисты. Первая волна любителей "Властелина колец" была воспитана еще самиздатовскими переводами, и тут, надо сказать, тоже без БГ и его культпросвещения не обошлось. Потом, в начале 90-х, на русский было переведено весьма приличное количество зарубежной фантастики и фэнтэзи. Эпопея Толкиена вышла уже официально, сразу в нескольких вариантах перевода, и резонанс был таким, что его отечественное продолжение - "Кольцо тьмы" Ника Перумова - было не просто издано огромным тиражом, но еще и широко востребовано. А серьезное увлечение трудами британского профессора рано или поздно приводит к копанию в истории английского языка, истории вообще, мифологии и многих других вещах. А там и до музыки рукой подать. То же самое можно говорить о клубах исторических реконструкторов, куда всегда стекались талантливые историки и филологи, которые одновременно могли быть (и были, и есть) и поэтами, и музыкантами. А как только клуб начинал заниматься, скажем, ранним английским средневековьем и всем, что с ним связано, он упирался в аутентичную музыку нужного периода.

Интерес же к ирландским, шотландскими, бретонским мелодиям часто означал увлечение культурой целого народа, а не просто меломанию. Понять, почему для нас притягательнее прочих стран стала именно Ирландия (не из-за одной же только джиги и пива!), до конца так и не удается. Можно только шутить, что уж к пьянству-то мы точно относимся одинаково.

Однако есть и еще одно объяснение нараставшей популярности фолка, которое довольно ловко укладывает две традиции в один смысловой ряд. Дело в том, что в середине 90-х наши книгоиздатели поняли, что преданиями об эльфах и драконах читатель скоро будет перекормлен, и на свой страх и риск стали выпускать в свет так называемое "русское фэнтэзи". Одним из флагманов направления, оказавшегося принятым на ура, стала Мария Семенова - также историк и реконструктор. Ее книги (а позже и произведения других авторов) о походах викингов на Русь вызвали всплеск интереса и к славянскому язычеству, и к древней Скандинавии. Оказалось, что в прошлом были не только зверские набеги непонятных варягов на еще более непонятных предков, но и широкий межкультурный обмен, и даже взаимная ассимиляция, выписанная во всех подробностях. И что славянская мифология не менее увлекательна, чем скандинавская, а все эти Самайны и Бельтейны, Одины и Торы вполне мирно могут соседствовать с Даждьбогом и Мораной, Колядой и Сварогом. И опять интерес к истории, культуре, языку привел к поиску соответствующих музыкальных форм - благо, изысканиями этими в основном увлекалась творческая молодежь. Так на отечественную фолк-сцену стали подтягиваться музыканты, играющие не только "эльфийскую" музыку - в акустических или полуакустические составах, с фэнтэзийными текстами - но и суровые песни про троллей, молодецкую удаль, заснеженные елки и все тот же алкоголь. Тут уж в источники вдохновения годилась не только Ирландия с THE POGUES, но и Швеция с дремучей HEDNINGARNA. Менее брутально настроенные коллективы могли брать пример со шведской же GARMARNA или финской VARTTINA. Тем же, кого больше интересовало отдельно взятое славянское язычество, ориентироваться было фактически не на кого (и даже полевые экспедиции тут не могли быть подмогой), и музыка изобреталась заново и составлялась из элементов скандинавской и английской (ирландской, шотландской) фолк-музыки и каких-то привычных русских (общеславянских) мелодических линий. Так с одной стороны появились "пивные фолкеры" ТРОЛЛЬ ГНЕТ ЕЛЬ, с другой - полистилистичные REELROADЪ и славяноориентированный КАЛЕНДАРЬ, а с третьей - TINTAL и WHITE OWL, играющие хард-рок и хардкор с отчетливо выраженным кельтским элементом. Возникшие в разное время и в разных местах, все упомянутые и неупомянутые группы за последнее десятилетие сделали нашу фолк-сцену одновременно и крайне пестрой, и удивительно терпимой к этой пестроте. Сейчас в каком-то составе вполне мирно уживаются волынка и жалейка, мандолина и варган, а в другом - народные ирландские ритмы спокойно сочетаются с тяжелыми гитарными риффами, и это никого не удивляет и не становится поводом для обструкции.

Одной из первых таких команд с причудливым набором инструментов и влияний был проект Тимура Рафиева PUCK & PIPER, основанный в Москве в апреле 1993 года, и удачно сочетавший рок-музыку с ирландской традицией. В первом составе, кроме Рафиева, игравшего на волынке, были задействованы Максим Шехтер (аккордеон), Александр Новак (ударные) и Александра Афанасьева (скрипка). Группа исполняла песни собственного сочинения, написанные в ирландском стиле. В PUCK & PIPER переиграли многие известные и уважаемые музыканты. Люди, которые так или иначе участвовали в этой группе, уходили и создавали собственные проекты. Среди них стоит отдельно отметить один - ВОИНСТВО СИДОВ (SLUA SI), впоследствии разделившийся на собственно ВОИНСТВО и ЖИТЕЛЕЙ ХОЛМОВ (SI MHOR). Эта команда была изначально ориентирована на традиционную ирландскую музыку. В первый состав группы вошли вокалист Юрий Андрейчук и скрипач Игорь Бурмистров. Потом к ним присоединились коллеги по предыдущей группе: басист Алексей Располов и волынщик Владимир Лазерсон. Со SLUA SI связано образование Русского Кельтского Общества и организация регулярных фестивалей кельтской музыки, в которых участвовали самые различные представители московской (и не только) фолк-сцены.

Среди прочих была и группа бывшего монаха из Белоруссии Руслана Комлякова ТИЛЬ УЛЕНШПИГЕЛЬ, образованная в Москве в 1996 году. Руслан вспоминает, что первое выступление команды состоялось 10 января 1997 года в клубе барда Олега Митяева "Гнездо глухаря". Поначалу в составе УЛЕНШПИГЕЛЯ были виолончель, скрипка, флейта, гитара, потом к группе присоединился перкуссионист Денис Скурида. Весь материал - в основном баллады с отчетливым средневековым привкусом - изначально был написан самим Русланом, но потом он решил, что было бы неплохо добавить в репертуар группы новые песни и женский вокал, и вспомнил, что на одной из реконструкторских тусовок в Коломенском пару лет назад встречал девушку-менестреля. И даже записал ее телефон. Это была Хелависа. На дворе стояло лето 1998 года.

Этот псевдоним (настоящее имя Хелависы - Наталья Николаева, а с тех пор, как она вышла замуж за ирландца - Наталья О'Шей) был взят из книги Томаса Мэлори "Смерть Артура". Так звали ведьму, что пыталась соблазнить Ланселота, а иллюстрация Обри Бердслея казалась чуть ли не портретом певицы, которая на проверку оказалась вовсе не обычной тусовщицей. За плечами Хелависы музыкальная школа по классу фортепьяно и филфак МГУ - Наталья кандидат филологических наук и сейчас преподает в Московском университете и в Тринити Колледже в Дублине. Ездила на ролевые игры, была менестрелем (ее старые записи, теперь уже любовно оцифрованные с кассет, до сих пор ходят по рукам), долго и серьезно занималась исторической реконструкцией, участвовала в создании одного из старейших реконструкторских клубов "Наследие предков". Помимо МЕЛЬНИЦЫ, выступает с группой CLANN LIR - поет песни на ирландском, шотландском и валлийском языках. Там, кроме нее, играют Владимир Лазерсон, Юрий Андрейчук, Константин Вышинский и Татьяна Струнина. Именно в CLANN LIR Хелависа освоила кельтскую арфу (называемую также ирландской арфой - ее используют и Алан Стивелл, и Лорина Маккеннитт), и сейчас это один из тех инструментов, без которого Наталью трудно представить.

Сначала Хелависа не очень серьезно думала о музыкальной карьере, но предложение Руслана выглядело заманчивым, и она согласилась. Первыми в репертуар УЛЕНШПИГЕЛЯ были взяты песни "Горец", "Змей" и "Зима".

За время своего существования ТИЛЬ УЛЕШПИГЕЛЬ успели выпустить 2 кассетных альбома - "Герои" и "Вавилон" (тогда же было написано большинство вещей, которые потом вошли в первый альбом МЕЛЬНИЦЫ). Группа активно и весьма успешно выступала по клубам. Одновременно менялся состав: в УЛЕНШПИГЕЛЬ пришли Мария Болычева (скрипка) и Александра Никитина (виолончель) - обе на тот момент были студентками Академии им. Гнесиных - а также перкуссионист Павел Давыдович (позже - рыбинское РАЗНОТРАВIЕ). Тогда же у группы появляется собственный звукорежиссер Анна Кондакова. Но отношения с Русланом Комляковым у всех участников УЛЕНШПИГЕЛЯ необратимо портились. Причин никто не скрывает: это было связано с оплатой концертов. Недовольные организаторской и финансовой политикой лидера, группу вслед за флейтисткой Натальей Филатовой покинули все тогда находившиеся в ней музыканты.

Денис Скурида и Мария Болычева сразу же организовали собственный проект - ВЕТЕР ВОДЫ, но тогда же, вместе с остальными бывшими участниками УЛЕНШПИГЕЛЯ, согласились с предложением Хелависы продолжить выступать вместе, но уже под новым названием. Так и появилась МЕЛЬНИЦА.

Свой первый концерт группа дала в московском клубе "Форпост" 29 октября 1999 года: на афише в тот день все еще значилось ТИЛЬ УЛЕНШПИГЕЛЬ, но это никого не смутило. С декабря 1999-го в группе появился Алексей "Чус" Сапков. А через год в МЕЛЬНИЦЕ насовсем остался и второй гитарист - Александр "Грендель" Степанов. Впереди были смены составов, новые песни, удачные альбомы и эволюция, которая многих старых поклонников поставила в тупик.

Движение вперед было поступательным. Поначалу композиции МЕЛЬНИЦЫ вместе с треками групп ВИЛЫ, WHITE OWL и ВЕТЕР ВОДЫ выходили на сборниках проекта "Археология". Первым "настоящим" альбомом стал "Дорога Сна", выпущенный фирмой "CD Land" при поддержке Ника Перумова в 2003 году. Это очень легкий и очень светлый, насквозь акустический альбом. И ничто не предвещало того, что через несколько лет для определения стиля группы будут в числе прочих использовать смешной термин "готик-фолк".

Постепенно становилось понятно, что исключительно бардовский подход к материалу Хелавису не интересует. Так уж получилось, что она воспитана на других вещах, и часто называет среди любимых групп JEFFERSON AIRPLANE, в чьем материале смешивались многие разновидности рок-музыки, однако почти не было фолковых мотивов. А значит, в основу творчества МЕЛЬНИЦЫ не могли не лечь еще и блюз, и арт-рок, и элементы психоделии. Пока же группа продолжала выступать по клубам и на различных фолк-фестивалях, и некоторые обозреватели отдельно отмечали, что песни исполняются на русском языке, что для русской кельтской сцены не так уж характерно.

Весной 2004 года небольшим тиражом был выпушен сборник "Master Of The Mill". Записанный в студии Театра Клоунады, он распространялся в основном на концертах, и теперь имеет определенную коллекционную ценность: кавер-версии, включенные в пластинку - "Master Of The Wind" MANOWAR и "Луч Солнца Золотого" из "Бременских музыкантов" - нигде больше не издавались.

Второй альбом МЕЛЬНИЦЫ "Перевал" вышел в 2005 году, и оказался не просто более тяжелым: в нем уже явно и отчетливо начали прослеживаться фолк-роковые структуры. Электрогитару успешно заменяла виолончель, рисунок ударных стал более ярким и отчетливым. Хелависа говорит, что две песни - "Прялка" и "Ночная Кобыла" - определили общее направление альбома, который в итоге стал более суровым и мрачным, чем предыдущие. Пока это все же были пробы новых выразительных средств, но пробы удачные. Игра явно стоила свеч.

Дальнейший путь МЕЛЬНИЦЫ больше напоминал взлет аэроплана. Еще в конце 2004 года группа собирала тысячные залы. "Ночная Кобыла", взятая в ротацию "Нашего Радио", надолго задержалась в чартах. МЕЛЬНИЦА выступила на "Нашествии". На концертах поклонники хором пели не только "Кобылу" и другие песни с "Перевала", но даже не издававшиеся официально вещи. А в апреле 2006 года МЕЛЬНИЦА получила Премию FUZZ как Лучшая новая группа.

В конце 2006-го вышел новый альбом с симптоматичным названием "Зов Крови", продолживший развивать те идеи, которые были заложены в "Перевале". И то, что здесь представлена часть старых композиций ("Двери Тамерлана" и "Дракон" с "Master Of The Mill", "Рапунцель" с "Дороги Сна"), кажется естественным желанием привести весь материал к некоему общему знаменателю. И становится понятно, что на данном этапе перерождение завершено.

"Зов Крови" МЕЛЬНИЦА презентовала в Петербурге в ДК имени Ленсовета, а в Москве - на Малой спортивной арене Лужников, собрав оба зала. По-настоящему больших. А значит, стена все-таки пробита.

И среди многих возможных ответов на вопрос "почему" есть один довольно-таки простой: потому что многие хотели услышать именно это. Хелависа собирает в свой букет те образы, которые ей нужны, не думая, из какого уголка нашего мира они происходят. Да и всегда нашего ли? Черпая из того же источника, что и большинство фэнтэзийных писателей, опираясь на мощную мифологическую традицию, Хелависа охватывает очень широкое поле. И, играя фолк-рок, МЕЛЬНИЦА выбирает универсальный язык, с помощью которого создает тот мир, где многие будут находить свое. Огромная армия читателей фэнтэзи, узнающая в песнях Хелависы отражения знакомых миров, приверженцы бардовской традиции, любящие группу за такие вещи как "Королевна", любители самого разного фольклора - от скандинавского и британского до балканского и русского, да и просто поклонники рока, стосковавшиеся по крепким профессиональным командам с приличными текстами на понятном языке - вот те люди, которых ходили и будут ходить на эти концерты. Потому что МЕЛЬНИЦА им ближе и понятнее всего. А это значит, что колесо будет вращаться. Кто следующий?

Людмила Ребрина,
Екатерина Борисова
Опубликовано в журнале FUZZ №2/2007

Источник: http://colodez.spb.ru/kladovaya/rings/folk.html

Категория: История | Добавил: Шаман (14.10.2007) | Автор: Людмила Ребрина, Екатерина Борисов
Просмотров: 1144 | Рейтинг: 5.0/1 |
Форма входа
Друзья сайта

ПараНормальное явление - передовой музыкальный проект!

Copyright FOLK.PERM.RU © 2007
Сайт управляется системой uCoz